Теплым октябрьским вечером 2014 года, копаясь в интернете, я наткнулась на видео, где солдату почетного караула поют песню “You are beautiful” Джеймса Бланта. Несколько мужчин и солдат еле сдерживаются от смеха. С тех пор, проезжая мимо флагштока на площади, я внимательно вглядывалась в лица солдатов почетного караула. Было интересно, что чувствуют эти юноши, как терпят, что терпят, холодно ли им или жарко. Спустя два года мне посчастливилось встретить бывшего солдата роты почетного караула, который рассказал о себе.

Best
Когда мне было 10 лет, я гулял с бабушкой по центральной площади Бишкека. Увидел роту почетного караула — они охраняли государственный флаг — и замер. Статные солдаты в аккуратных военных формах, руки в белоснежных перчатках сжимают карабины, благородные, мужественные. Я повернулся к бабушке: «Апа, я буду работать, как они». Бабушка в ответ лишь улыбнулась, и мы сделали совместный снимок на фоне солдатов.


Материал подготовлен в рамках медиамарафона «Молоко 2», где редакция из самых разных горожан создавала материалы о городе в течение 24 часов
Несколько лет спустя, после окончания школы, ко мне пришла повестка в отряд специального назначения — на тот момент я уже имел звание мастера спорта по кикбоксингу. В военкомате меня направили в роту почетного караула, куда берут парней от 180 сантиметров и выше. Спецназ меня, конечно, вдохновлял больше — только спустя три месяца гвардейской службы я понял, что почетный караул — попадание в яблочко.

Мой рост 180 сантиметров считается самым невысоким в президентском полку. Средним считается рост в метр и девяносто сантиметров. Условия в нашем полку были гораздо лучше, чем в остальных подразделениях национальной гвардии. Каждое утро нас осматривали врачи из Белого дома, кормили вкусной едой, подавали большие порции. Всегда чистое постельное белье, отличная мебель в казарме. Кстати, о еде: в уставе существует положение, которое предусматривает двойную порцию солдату выше 190 сантиметров, а я за год службы вытянулся ещё на 16 сантиметров.
У почетного караула Кыргызской Республики строевой шаг равняется 90 градусам, когда как в других странах стандарт — 70 
В роту почетного караула берут восемь лучших, самых выносливых и рослых солдат из ста человек. Мне очень хотелось попасть в эту восьмерку, наверное, больше из-за состязательного спортивного духа. Каждый день мы оттачивали строевой шаг — у почетного караула Кыргызской Республики он равняется 90 градусам, когда как в других странах стандарт — 70 градусов. С растяжкой у меня проблем не было, на шпагат я садился ещё до армии. Нас долго обучали, поднимали ноги до головы. Станков для растяжки не было и мы закидывали ноги на плечи друг друга. Вскоре, мой строевой шаг начали хвалить старшие по званию, и на четвертый месяц службы произнесли мою фамилию. Вот так просто во время построения, сообщили, что завтра я иду охранять настоящий флагшток. После команды «вольно» сразу позвонил бабушке — счастливый, сбивчиво напомнил бабушке свои детские слова: «Помнишь, помнишь, я тебе говорил!». Не мог уснуть всю ночь, волновался. Не передать словами чувств. Да и как передать их, если исполнилась детская мечта. Настоящая.

Утром мы проснулись и пошли строевым шагом по Киевской, затем по Панфилова и наконец стали шагать по проспекту Чуй. Каждый шаг по таким родным и простым улицам стал торжественным, наполненным особым смыслом. Горожане… Горожане улыбались нам, фотографировали, здоровались, шли за нами. Я волновался, внутри меня играла буря эмоций, но на лице ничего живого. Только изредка моргали глаза. Когда мы встали возле флага с карабином Семенова, я был безумно горд. Думал о том, что среди миллионов кыргызстанцев , мне выпала такая огромная честь — охранять государственный символ на центральной площади столицы страны. Патриотизм переполнял грудную клетку, я легонько выдохнул и крепче сжал карабин. Ближе к обеду подошли мои родные. Они были счастливы и явно гордились мной.

Раньше солдаты почетного караула стояли по два часа. Сейчас сделали условия человечнее — по часу времени, после чего сдаешь пост и идешь строевым шагом отдыхать в расположение под историческим музеем. В расположении дается два часа на отдых — один час, чтобы постирать белый съемный воротник, погладить, высушить и другой — чтобы размять тело, перекусить и поспать. Затем снова к флагштоку.

Чешется пятка, голова, фуражка давит на лоб, пот стекает на глаза, и ты стоишь, терпишь
В течение этого часа происходит всё на свете. Чешется пятка, голова, фуражка давит на лоб, пот стекает на глаза, и ты стоишь, терпишь. Обязывает положение, ну, и за порядком следит начальник караула. Разводящий может поправить на тебе форму, убрать пот, если посчитает это нужным. Что будет если пошевельнусь? Скажу кратко — накажут. Время можно убить, считая количество автомобилей определенной марки. Или наблюдая за людьми. Охраняя неподвижно флаг, невольно становишься частью столицы, частью площади, даже просто — частью городской архитектуры. Люди назначают встречи возле «двух солдатов» как если бы возле курантов. На нашем фоне фотографируются, а на фотографии подписывают год. У меня теперь есть две фотографии возле флагштока: я с бабушкой на фоне солдат и я — гвардеец, сжимающий карабин.

Люди. Люди ведь разные. Кто-то злил, показывая средний палец, выкрикивая оскорбления или кидая в нас мелкие камни, лишь бы мы пошевелились. Кто-то наоборот — оставил теплые воспоминания. Однажды к ограде подошел мужчина с маленькой девочкой и попросил меня пошевелиться: «Балам, пошевелись пожалуйста, а то дочка не верит, что ты живой. Думает, что кукла». Пошевелиться я, конечно, не мог, но моргнул глазами и все остались довольны. Часто бывало, что меня не узнавали мои же родные люди: одноклассники, друзья, родственники. Они проходили мимо или даже фотографировались, но всё равно не узнавали. Было забавно за ними наблюдать. Некоторые смельчаки перелезали даже через ограду, чтобы проверить нашу реакцию. Мы шумно стучали — опускали карабины прикладом на плитку, делая предупреждение, люди обычно испуганно, нервно смеясь, пятились назад.

Женское внимание это вообще отдельная тема. Вас когда-нибудь обсыпали любовными записками, кокетливыми предложениями и телефонными номерами? А нас обсыпали, как рок-звезд. Девушки собирались на лестнице исторического музея, расположение находилось прямо под ней. Мы выходили строевым шагом и сверху падали записочки, девочки визжали, кокетничали, флиртовали, затем спускались и шли за нами по пути выкрикивая что-то забавное. Записки мы не поднимали, надо заметить справедливости ради — нельзя.
Зимой, несмотря на то, что нашу «дорогу» к флагштоку посыпали песком, мы падали, поднимая ноги по пояс
Летом, когда жарило особо сильно или зимой, когда нарынские морозы добирались до Бишкека, особым указом разрешали стоять по полчаса. Зимой, несмотря на то, что нашу «дорогу» к флагштоку посыпали песком, мы падали, поднимая ноги по пояс, и нам позволяли поднимать ноги на 70 градусов. Бывает и такое, что пока стоишь неподвижно у флага рождаются твои дети или умирают близкие. Мне такое не доводилось испытывать лично, но такие истории были. Когда умирали депутаты или известные уважаемые лица Кыргызстана, я шел впереди похоронного марша и нес портрет покойного. Нес гроб, охранял похоронные юрты. Поначалу мне было не по себе, потом, относишься к этому как к части службы — абсолютно спокойно. Но гроб нести действительно тяжело, извините. Ужасающий запах трупа, физически тяжелый вес, сохранять строевой шаг и лицо, не показывать как это трудно, нельзя корчить гримасы. Я был в числе 24 солдат несших гигантский флаг Кыргызстана из парашютной ткани к новому флагштоку летом 2009 года. Флаг был шириной 15 метров, длиной 20 метров. В груди бешено что-то стучало. Это и вправду был исторический момент, и я счастлив, что оказался частью такого красочного и яркого события.

Сейчас я ни о чем не жалею и служба в армии оказала на меня большее влияние, чем спорт. Дисциплина, выносливость, воспитание. Я хотел стать лучшим, я стал лучшим — мне выпала честь целовать знамя национальной гвардии на торжественной демобилизации. Сейчас я состою в национальной сборной Кыргызстана по кикбоксингу и не раз поднимал флаг страны на международных соревнованиях, не раз звучал торжественно гимн, но это уже совсем другая история.

Однажды, я дал присягу защищать покой и сон кыргызстанцев. Я поклялся не щадить своих сил и жизни для защиты, свободы и независимости Кыргызстана. И тогда, будучи ещё юным солдатом, охраняя главный флаг и символ независимости страны, я понял, что сделаю всё, чтобы сдержать клятву. Флаг цвета алой крови гордо развевался по ветру, в лучах восходящего солнца, на главной площади столицы. Девять утра, просыпался прекрасный, родной и торопливый Бишкек. Душа улыбалась, лицо было серьезным. Я крепче сжал карабин.

Фотография обложки: Улан Асаналиев